Русский китаец

Этот очерк из фотоальманаха «От берегов Невы до Хуанпу: люди, проекты, идеи», рассказывающего о судьбах шести россиян, живущих в Шанхае и шести китайцев, живущих в северной столице России, посвящен судьбе Алексея Го — являющегося сыном старейшей русской жительницы Шанхая Л.А.Бабаскиной. Публиация осуществлена нами с любезного разрешения агентства «Росбалт».   

Сегодня Алексей Го является сотрудником именитого медицинского учреждения, Научно-исследовательского института гриппа Российской академии медицинских наук. Его мать – русская, а отец – китаец. О своей двойственной этничности он почти никогда не жалел. Принципы советского интернационализма помогли Алексею найти свой профессиональный путь, хотя один раз в жизни его карьеру чуть не принесли в жертву традиционной кампанейщине.

Алексей Го появился на свет в результате романтической встречи. В начале 50-х годов его мама училась в Педагогическом институте, а папа приехал из Китая учиться в ЛИИЖТе (тогда так назывался Ленинградский институт инженеров железнодорожного транспорта). Однажды осенью на вечере, посвященном Дню образования КНР, в Таврическом дворце, куда ради укрепления дружбы народов пригласили советских и китайских студентов, мама и папа Алексея нашли друг друга. Они начали встречаться, затем ему пришлось уехать в Китай, чтобы снова вернуться и продолжить учебу в аспирантуре. После окончания института они поженились, и вскоре после этого от счастливого брака родился новый советский китаец.

Но совместная жизнь была недолгой. В то время учеба в СССР для китайцев неминуемо кончалась возвращением на Родину. Если человек поступал иначе, его лишали всех привилегий и званий, самой возможности возвращения и общения с родными и близкими. Отец Алексея, будучи патриотом своей страны, пойти на это не мог. Когда он решил вернуться в Китай, его жена, мать Алексея, приняла непростое, мужественное решение – ехать вместе с ним. Малыша они решили оставить в Ленинграде. «Меня оставили на воспитание бабушке и ее сестре. Почему родители поступили так? Их можно было понять. В то время в Китае уровень жизни был настолько низок, что вырастить ребенка и дать ему образование, путевку в жизнь, было крайне сложно», — рассказывает сам Алексей Го.

Таким образом, судьба Алексея Го оказалась неразрывно связана с Россией. Он рос и учился в обычной советской школе и никаких проблем в связи со своим особым происхождением не чувствовал. «Наоборот, — отмечает Алексей, — одноклассники немного завидовали, так как мне приходили интересные письма и посылки с детскими игрушками, я был связан с огромной, далекой и очень интересной страной». Не возникло проблем у Алексея и с поступлением в медицинский вуз.

Вскоре общение с родителями у Го сильно затруднилось. В Китае началась Культурная революция. Отец, занимавший видную партийную должность, был репрессирован, но по сравнению с другими чиновниками ему повезло. Он был выслан на два года на перевоспитание в деревню. Мать в то время уже адаптировалась в новых для себя условиях и работала врачом в городе неподалеку. По мнению Алексея, чуткое отношение к пациентам спасло ее от репрессий. «Тогда в Китае было время доносов и маму могли запросто упрятать за решетку, но на врача донести никто не смог», — сказал Го.

А вскоре непростые времена наступили и для самого Алексея. Несмотря на то что школа и вуз были закончены весьма успешно, бдительные советские кадровики не смогли пройти мимо «подозрительного» молодого врача со странной фамилией. К тому же Алексею просто не повезло. В то время как он подавал документы для трудоустройства в один из научных институтов Ленинграда, из заграничной командировки не вернулся один из ученых. Скандал вылился в традиционную кампанейщину, и выпускника Го решили не принимать на работу по понятным причинам.

Но он не опустил руки. Какое-то время поработал врачом, а затем уже в 1986 году поступил в Научно-исследовательский институт гриппа. Сейчас Алексей готовится защитить диссертацию, посвященную проблемам гепатита, и преподает в отделении Санкт-Петербургского государственного медицинского университета имени И.П.Павлова. Так случилось, что сфера его научных интересов естественным образом затронула Китай. Вернувшись на свою вторую Родину, он пришел в поликлинику и больницу и перенял все лучшее от древнейшей китайской медицины. «Сейчас у них медицинские учреждения обеспечены самым современным оборудованием. В таких крупных городах, как Шанхай, высокотехнологичную помощь получить можно без проблем, но в провинции пока не все так радужно», — говорит Алексей.

В начале 80-х годов, спустя 20 лет после разлуки, две державы, наконец, разрешили сыну и матери вновь взглянуть друг на друга. С тех пор Алексей ездит к родителям один раз в два года, а родители тоже приезжают к Алексею, правда, происходит это нечасто – дальний перелет пожилым людям переносить становится все тяжелее.

С начала 90-х годов в России активизировались культурные связи с Китаем. «В 90-х нас два-три раза в год приглашали на прием в консульство по случаю торжественных и памятных дат, но затем эти встречи сошли на нет», — признается Алексей. К сегодняшнему времени он потерял связи с китайскими друзьями, проживающими в Санкт-Петербурге. Сам он не видит в этом трагедии. Скорее всего, «атомизация» семей, имеющих китайские корни, процесс естественный. То же самое происходит, к примеру, с выходцами из России в США.

В Китае, напротив, мама Алексея стала видным членом русской диаспоры. Она является почетным председателем Русского клуба в Шанхае – общественного объединения, созданного в декабре 1998 года по инициативе группы российских граждан. Члены инициативной группы посчитали, что для сплочения русской общины нужна идея, которая объединила бы русских и русскоязычных соотечественников.

Алексей регулярно бывает в Китае с 1986 года, но на вопрос, хотел бы он там остаться навсегда, твердо отвечает: «Нет». «Когда я поехал туда в первый раз, Китай еще не представлял собой комфортную, цивилизованную страну. Да и климат там весьма специфический. Уже потом, в 90-е годы, когда экономическое развитие отразилось на качестве жизни граждан, у меня была мысль уехать, но я принял решение остаться в России. А сейчас думать об этом уже поздно», — говорит Алексей, но непременно хочет, чтобы в Китае побывала его внучка. Приедет, посмотрит и, возможно, решит изучать китайский язык. «А что? Дело это перспективное. Посмотрите, сколько в Петербурге китайских бизнесменов!», — добавляет он.


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *