Литературная среда. Ныне / Русский Шанхай

Литературная среда. Ныне

или Маленький человек по пути в Царство Советское.

Часть третья.

«Гоголь» маневрировал в узком проходе реки, обходя затонувшие во время войны корабли, которые мешали судоходству. Из воды торчали только кончики труб и мачт. Вдруг корабль качнуло: это мы вошли в широкое устье великой китайской реки Янцзы у её впадения в Восточно-Китайское море.

Первый день плавания был заполнен ознакомлением с теплоходом и с командой. Нас несколько удивило настороженное отношение советских матросов в разгово¬рах с нами. Мы к ним всей душой, а они как бы с оглядкой. Правда, с девушками они были ну куда как галантны. В первый же вечер молодые матросы вместе с нашими девушками куда-то исчезли. Злые языки позднее утверждали, что на «Гоголе» многие девушки стали женщинами. Впрочем, таких как я это мало волновало. Прочтём до конца?

04.04.2011 Интервью, История и творчество, Литературная среда. Ныне, Статьи

Правление РКШ и Михаил Дроздов

Комментариев нет

«С настоящей поэзией жить не страшно...»

Русский клуб в Шанхае провел творческий вечер поэта Юрия Кублановского

Стенограмма (часть 2) (часть 1)

Слушатель: Спасибо! И в продолжение вопроса. Вы сказали, что три последних года вы также провели во Франции. У вас там был какой-то проект, вы там работали? Можно узнать поподробнее, что это была за работа.

Юрий Кублановский: Вы знаете, это, так сказать, даже немножко и смешно. Один зажиточный господин решил написать историю России от мамонтов до Медведева. Ну, и пригласил меня помочь ему в этом деле. Жена моя поступила учиться в школу Лувра, сам я, прикинув, подумал, что это собственно единственная возможность для меня еще раз перечитать все курсы русской истории, чего я здесь бы никогда не сделал. В-третьих, моя работа в «Новом мире» пришла к определённому финишу. За столько лет работы слишком многим стихотворцам пришлось отказывать. Все это взвесив, я решил согласиться на предложенный мне любопытный проект. И не пожалел об этом, заново переосмыслив всю нашу историю. Прочтём до конца?

01.03.2011 История и творчество, Литературная среда. Ныне, Статьи

Олег Штифельман

5 комментариев

Крошка из Шанхая

или Маленький человек по пути в Царство Советское.

Часть вторая.

1944 год.

Начался период, когда я жил то с бабушкой, то с матерью и Юрием Николаевичем. Поначалу мы поселились в комнате на верхнем этаже трехэтажного дома, где, на мое несчастье, туалет был внизу, а лампочка на лестнице не горела. Для меня было мучением ходить впотьмах. Однажды мать с мужем уехали на вечеринку и оставили меня одного. Я сделал уроки, поужинал и лег спать. Вскоре мне захотелось по маленькому в туалет. Открыв дверь я увидел устрашающую темноту, преодолеть которую у меня просто не хватало смелости. Я вернулся в постель, и долго корчился, пока стало совсем невмоготу. Говорят, что голь на выдумки горазда: на столе стояла большая чашка недопитого матерью чая. Зная, что она терпеть не может холодный чай и обязательно его выльет в раковину, я использовал чашку вместо ночного горшка. Господи, какое же это было облегчение — я моментально заснул сном праведника. Разбужен я был весьма резко часа в три ночи какими-то воплями и фырканьем. Горел свет, в середине комнаты стоял Юрий Николаевич и с ужасом рассматривал содержимое злополучной чашки. Не трудно догадаться, что произошло: вернувшись поздно домой, Юрий Николаевич решил допить холодный чай. Его не смутило то, что чашка была полна, и он отхлебнул хороший глоток. По моему он мне не простил этого до конца жизни. Прочтём до конца?

10.02.2011 История и творчество, Литературная среда. Ныне

Юлиан Семенов

Комментариев нет

Город, в котором родилась легенда

Максим Исаев стал Штирлицем в Шанхае

В Шанхае. Кадр из телесериала "Исаев"

...Юлиан Семенов был автором целой серии романов и повестей об Исаеве-Штирлице. Самые известные из них были экранизированы. Эти фильмы снискали заслуженную любовь зрителей Советского Союза и современной России. Но поскольку полностью историю знаменитого разведчика можно проследить лишь прочитав весь цикл произведений писателя, то некоторые факты биографии этого литературного героя остались практически незамеченными. А между тем, мало кому известно, что Максим Максимович Исаев становится Максом Отто фон Штирлицем именно в Шанхае. Об этом – короткий рассказ Ю. Семенова «Нежность», который давно уже просится на страницы нашего сайта.

Для того чтобы читателям стала более понятной фабула, ниже мы даем краткое описание того, что предшествовало короткому эпизоду, из жизни советского разведчика, описанному в рассказе: Прочтём до конца?

14.01.2011 Интервью, История и творчество, Литературная среда. Ныне, Статьи

Правление РКШ и Михаил Дроздов

Комментариев нет

«С настоящей поэзией жить не страшно…»

Русский клуб в Шанхае провел творческий вечер поэта Юрия Кублановского

Стенограмма (часть 1)

Михаил Дроздов: Дорогие друзья, сегодня Русский клуб проводит творческий вечер Юрия Михайловича Кублановского. Подобного рода встречи мы организуем не в первый раз. В гостях у нас были многие известные российские прозаики и поэты. С русскими шанхайцами в свое время встречались Юрий Поляков, Леонид Бородин, Валерий Ганичев, Владимир Бондаренко и многие другие. Я надеюсь, что наш вечер пройдет в непринужденном ключе. Юрий Михайлович, конечно, сам подробно расскажет о себе. Что касается меня, то могу сказать, что имя нашего гостя постоянно попадалось мне на протяжении последних 25-30 лет моей жизни. В 1980-х годах через глушилки, доносился его голос, когда он выступал на «Радио Свобода». И затем, вдруг, неожиданная новость – Кублановский, в числе немногих литераторов, возвращается в Россию. Случилось это в 1990 году. Это был достаточно нетривиальный для того времени поступок, о котором, может быть, Юрий Михайлович расскажет нам сегодня. Хочу напомнить, что в те годы из России массово уезжали, а не возвращались в нее. Последние же двадцать лет жизни Кублановского связаны с Россией, хотя Париж, в ней тоже присутствует. Кстати, к нам в Шанхай, Юрий Михайлович прилетел именно из Парижа. Нам всем было бы интересно узнать какие причины привели вас, Юрий Михайлович, в Китай. Прочтём до конца?

25.11.2010 История и творчество, Литературная среда. Ныне, Статьи

Олег Штифельман

8 комментариев

Крошка из Шанхая

или Маленький человек по пути в Царство Советское

Часть первая

Говорят, что в старости воспоминания составляют суть всей жизни. На этой почве многие пожилые люди считают себя вправе поучать более молодых (независимо от желания последних) или, что еще хуже, начинают писать, думая, что их воспоминания интересны всему миру.

Соблазн писать о себе начал преследовать меня после того, как мне «стукнуло» 50. Графомания – весьма распространенная болезнь. Однако я всегда помнил, что говорил (или писал) Чехов: если можешь не писать — не пиши. Почему же я все-таки поддался искушению? Не славы ради и тщеславия для.

Вам никогда не приходилось заметить в проходящем трамвае или автобусе какое-нибудь женское или мужское лицо и почему-то засечь его в памяти? Безо всякой видимой причины. Это мимолетное видение вызывает целую ассоциативную цепь: кто этот человек, куда он едет, о чем он думает, кто те люди, что его окружают и с кем он общается? Казалось бы — ну какое мне дело до всего этого? Но если подумать: ведь во мне целый мир, в котором пересеклись судьбы десятков и, даже, сотен людей. Я был там-то и там-то, видел то-то и то-то. Значит и тот человек — тоже целый мир ощущений и людских контактов. И может он меня тоже заметил и тоже также думает обо мне. А мы ничегошеньки не знаем друг о друге. Но это если абстрагироваться. А много ли мы знаем даже о самых близких нам людях? Прочтём до конца?

18.11.2009 Литературная среда. Ныне

Правление РКШ

22 комментария

Китайское зеркало русской эмиграции

Рецензия Петра Фёдорова на книгу: Ван Чжичэн «История русской эмиграции в Шанхае». Москва, Русский путь, 2008

Эту книгу специалисты ждали давно, но только в 2008 году группе российских и китайских переводчиков удалось перевести на русский язык и отредактировать монографию профессора Ван Чжичэна «История русской эмиграции в Шанхае», изданную в Китае ещё в 1993 году. Куратором русского проекта стала кандидат исторических наук, член Правления Русского клуба в Шанхае Л. П. Черникова. Именно под её руководством группа преподавателей-русистов и аспирантов факультета русского языка и литературы Хуадунского педуниверситета в Шанхае в течение пяти лет работала над переводом книги и последующей её редакцией. В 2008 году итог их работы увидел свет в московском издательстве «Русский путь» («Библиотека-фонд «Русское зарубежье»). Русское издание монографии было осуществлено при активном содействии Русского клуба в Шанхае в рамках Федеральной целевой программы «Культура России». Печально, что в течение десяти лет китайский вариант книги не вызывал интереса у историков Москвы и Петербурга, не видевших в ней коммерческой перспективы. На заре перестройки казалось, что в эпоху гласности и демократии, после снятия всех идеологических запретов наша историческая наука будет развиваться семимильными шагами, не оставляя прежних белых пятен, особенно в недавнем прошлом. Увы, нынешняя реальность убеждает в том, что без хорошей финансовой подпитки нынешние «коммерсанты» от исторической науки не способны перевести даже чужие труды, сделанные нередко за них учёными других стран. И часто лишь в российской провинции, да ещё за рубежом остаются бескорыстные энтузиасты (вроде Ларисы Черниковой), которые спасают честь российских историков. Прочтём до конца?

18.11.2009 Литературная среда. Ныне

Лариса Черникова

Один комментарий

Полемика: Подвиг учёного или статистический справочник?

Беседа Л. П. Черниковой (участник созданной при РКШ секции изучения истории русской эмиграции в Китае, куратор проекта перевода книги профессора Ван Чжичэна «История русской эмиграции в Шанхае») с И. Н. Ентальцевой.

Ван Чжичэн в период работы над книгой

И. Ентальцева: Я читала некоторые книги по истории КВЖД, о русском Харбине. Написаны они русскими авторами и история русской эмиграции там представлена как-то по-другому, не так как у китайского профессора. Вот существовала русская периодика. Пусть она существовала на чисто дилетантском уровне: «И по-домашнему внимала». И пусть ее большей частью делали непрофессионалы. Но она очень теплая! И когда мы читаем воспоминания русских, которые родились или жили в Китае (несмотря на то, что жили они там в трудные времена), — это очень интересно! Китай вызывает интерес, и его любишь! А вот после прочтения книги Ван Чжичэна – нет! То есть человек провел исследование, но судя по этой книге, такое ощущение, что ничего хорошего от пребывания русских в Китае не осталось! Что это просто была какая-то такая мятущаяся и все более приближающаяся к жизни преступных группировок масса! У меня сложное отношение к этой книге, поэтому я не уверена, что смогу объективно о ней высказаться.

Л. Черникова: А мне, как исследователю, который «жизнь положил» на то, чтобы эту книгу перевести, кажется, как раз наоборот, — ваше мнение, пусть негативное, будет весьма интересным и важным!

Прочтём до конца?

27.07.2009 Литературная среда. Ныне

Егор Переверзев

3 комментария

Хозяин земли

Помню, в то нестерпимо жаркое лето довелось мне работать на одну крупную компанию в Ханое.

Раннее утро, обжигающий кофе и первый шаг из благодатного кондиционерного мира моей комнаты в ревущий сотнями тысяч мотоциклов город. Влажная атмосфера обнимает теплой, мокрой простыней, даже ветер обдувающий тело не приносит облегчения, а лишь усиливает ощущение сауны.

Снова жизнь, прохлада и шелест клавиш десятка компьютеров; прозрачные стены моего офиса-аквариума, бесконечные контракты-переводы-документы, и только вечером кружка пива под зажаренные куриные крылышки и неспешный разговор; читать, писать письма друзьям, да и вообще просто думать не хотелось совершенно. Прочтём до конца?

14.09.2008 Литературная среда. Ныне

Нина Сытенко

24 комментария

И вновь о православных храмах...

Чтобы было понятно, почему я пишу в «Русский клуб», вкратце расскажу предысторию появления моих стихов. Я приехала в Шанхай к сыну, который работает здесь по контракту, через 40 дней со дня похорон моего любимого мужа, с которым прожила 44 года. Мы вырастили и выучили троих прекрасных детей, которыми можно гордиться. Мой муж был настоящим преданным другом и советчиком, был моей второй половинкой. После его смерти я осталась надломленной, с истерзанным от горя сердцем и разбитой на осколки душой. Именно в эти дни меня потянуло в храм. Я никогда не была верующим человеком, но именно в храме мне становилось легче. Я выходила оттуда, как будто прошла самый эффективный лечебный сеанс. Поэтому, вполне естественно, что и здесь, в Шанхае, мне захотелось посетить православную церковь. Шанхай покорил своей красотой, организованностью на дорогах и вокзалах, людьми спокойными и бодрыми, величественными зданиями и парками. Я искренне считала, что и храмы должны вписаться в это великолепие. О том, что они есть, не сомневалась, так как читала о русских эмигрантах, которым вдали от Родины церковь была просто необходима. Но то, что я увидела, повергло меня в уныние. Меня очень «зацепила» эта проблема, и я не могла не написать прилагаемые к этому письму стихи.