Литературная среда. Ныне

«С настоящей поэзией жить не страшно…»

Русский клуб в Шанхае провел творческий вечер поэта Юрия Кублановского

Стенограмма (часть 1)

Михаил Дроздов: Дорогие друзья, сегодня Русский клуб проводит творческий вечер Юрия Михайловича Кублановского. Подобного рода встречи мы организуем не в первый раз. В гостях у нас были многие известные российские прозаики и поэты. С русскими шанхайцами в свое время встречались Юрий Поляков, Леонид Бородин, Валерий Ганичев, Владимир Бондаренко и многие другие. Я надеюсь, что наш вечер пройдет в непринужденном ключе. Юрий Михайлович, конечно,  сам подробно расскажет о себе. Что касается меня, то могу сказать, что имя нашего гостя  постоянно попадалось мне на протяжении последних 25-30 лет моей жизни. В 1980-х годах через глушилки, доносился его голос, когда он выступал на «Радио Свобода». И затем, вдруг, неожиданная новость – Кублановский, в числе немногих литераторов, возвращается в Россию. Случилось это в 1990 году. Это был достаточно нетривиальный для того времени поступок, о котором, может быть, Юрий Михайлович расскажет нам сегодня. Хочу напомнить, что в те годы из России массово уезжали, а не возвращались в нее. Последние же двадцать лет жизни Кублановского связаны с Россией, хотя Париж, в ней тоже присутствует. Кстати, к нам в Шанхай, Юрий Михайлович прилетел именно из Парижа. Нам всем было бы интересно узнать какие причины привели вас, Юрий Михайлович, в Китай. Прочтём до конца?

Крошка из Шанхая

Крошка из Шанхаяили Маленький человек по пути в Царство Советское

Часть первая

Говорят, что в старости воспоминания составляют суть всей жизни. На этой почве многие пожилые люди считают себя вправе поучать более молодых (независимо от желания последних) или, что еще хуже, начинают писать, думая, что их воспоминания интересны всему миру.

Соблазн писать о себе начал преследовать меня после того, как мне «стукнуло» 50. Графомания – весьма распространенная болезнь. Однако я всегда помнил, что говорил (или писал) Чехов: если можешь не писать — не пиши. Почему же я все-таки поддался искушению? Не славы ради и тщеславия для.

Вам никогда не приходилось заметить в проходящем трамвае или автобусе какое-нибудь женское или мужское лицо и почему-то засечь его в памяти? Безо всякой видимой причины. Это мимолетное видение вызывает целую ассоциативную цепь: кто этот человек, куда он едет, о чем он думает, кто те люди, что его окружают и с кем он общается?  Казалось бы — ну какое мне дело до всего этого? Но если подумать: ведь во мне целый мир, в котором пересеклись судьбы десятков и, даже, сотен людей. Я был там-то и там-то, видел то-то и то-то. Значит и тот человек — тоже целый мир ощущений и людских контактов. И может он меня тоже заметил и тоже также думает обо мне. А мы ничегошеньки не знаем друг о друге. Но это если абстрагироваться. А много ли мы знаем даже о самых близких нам людях? Прочтём до конца?

Китайское зеркало русской эмиграции

Рецензия Петра Фёдорова на книгу: Ван Чжичэн «История русской эмиграции в Шанхае». Москва, Русский путь, 2008

Обложка книги "История русской эмиграции в Шанхае" (Ван Чжичэн)Эту книгу специалисты ждали давно, но только в 2008 году группе российских и китайских переводчиков удалось перевести на русский язык и отредактировать монографию профессора Ван Чжичэна «История русской эмиграции в Шанхае», изданную в Китае ещё в 1993 году. Куратором русского проекта стала кандидат исторических наук, член Правления Русского клуба в Шанхае Л. П. Черникова. Именно под её руководством группа преподавателей-русистов и аспирантов факультета русского языка и литературы Хуадунского педуниверситета в Шанхае в течение пяти лет работала над переводом книги и последующей её редакцией. В 2008 году итог их работы увидел свет в московском издательстве «Русский путь» («Библиотека-фонд «Русское зарубежье»). Русское издание монографии было осуществлено при активном содействии Русского клуба в Шанхае в рамках Федеральной целевой программы «Культура России». Печально, что в течение десяти лет китайский вариант книги не вызывал интереса у историков Москвы и Петербурга, не видевших в ней коммерческой перспективы. На заре перестройки казалось, что в эпоху гласности и демократии, после снятия всех идеологических запретов наша историческая наука будет развиваться семимильными шагами, не оставляя прежних белых пятен, особенно в недавнем прошлом. Увы, нынешняя реальность убеждает в том, что без хорошей финансовой подпитки нынешние «коммерсанты» от исторической науки не способны перевести даже чужие труды, сделанные нередко за них учёными других стран. И часто лишь в российской провинции, да ещё за рубежом остаются бескорыстные энтузиасты (вроде Ларисы Черниковой), которые спасают честь российских историков. Прочтём до конца?

Полемика: Подвиг учёного или статистический справочник?

Беседа Л. П. Черниковой (участник созданной при РКШ секции изучения истории русской эмиграции в Китае, куратор проекта перевода книги профессора Ван Чжичэна «История русской эмиграции в Шанхае») с И. Н. Ентальцевой.

Ван Чжичэн в период работы над книгой

Ван Чжичэн в период работы над книгой

И. Ентальцева: Я читала некоторые книги по истории КВЖД, о русском Харбине. Написаны они русскими авторами и история русской эмиграции там представлена как-то по-другому, не так как у китайского профессора. Вот существовала русская периодика. Пусть она существовала на чисто дилетантском уровне: «И по-домашнему внимала». И пусть ее большей частью делали непрофессионалы. Но она очень теплая! И когда мы читаем воспоминания русских, которые родились или жили в Китае (несмотря на то, что жили они там в трудные времена), — это очень интересно! Китай вызывает интерес, и его любишь! А вот после прочтения книги Ван Чжичэна – нет! То есть человек провел исследование, но судя по этой книге, такое ощущение, что ничего хорошего от пребывания русских в Китае не осталось! Что это просто была какая-то такая мятущаяся и все более приближающаяся к жизни преступных группировок масса! У меня сложное отношение к этой книге, поэтому я не уверена, что смогу объективно о ней высказаться.

Л. Черникова: А мне, как исследователю, который «жизнь положил» на то, чтобы эту книгу перевести, кажется, как раз наоборот, — ваше мнение, пусть  негативное,  будет весьма интересным и важным!

Прочтём до конца?

Хозяин земли

"Хозяин земли" статья Егора Переверзева на сайте РКШПомню, в то нестерпимо жаркое лето довелось мне работать на одну крупную компанию в Ханое.

Раннее утро, обжигающий кофе и первый шаг из благодатного кондиционерного мира моей комнаты в ревущий сотнями тысяч мотоциклов город. Влажная атмосфера обнимает теплой, мокрой простыней, даже ветер обдувающий тело не приносит облегчения, а лишь усиливает ощущение сауны.

Снова жизнь, прохлада и шелест клавиш десятка компьютеров; прозрачные стены моего офиса-аквариума, бесконечные контракты-переводы-документы, и только вечером кружка пива под зажаренные куриные крылышки и неспешный разговор; читать, писать письма друзьям, да и вообще просто думать не хотелось совершенно. Прочтём до конца?

И вновь о православных храмах…

И вновь о православных храмах…Чтобы было понятно, почему я пишу в «Русский клуб», вкратце расскажу предысторию появления моих стихов. Я приехала в Шанхай к сыну, который работает здесь по контракту, через 40 дней со дня похорон моего любимого мужа, с которым прожила 44 года. Мы вырастили и выучили троих прекрасных детей, которыми можно гордиться. Мой муж был настоящим преданным другом и советчиком, был моей второй половинкой. После его смерти я осталась надломленной, с истерзанным от горя сердцем и разбитой на осколки душой. Именно в эти дни меня потянуло в храм. Я никогда не была верующим человеком, но именно в храме мне становилось легче. Я выходила оттуда, как будто прошла самый эффективный лечебный сеанс. Поэтому, вполне естественно, что и здесь, в Шанхае, мне захотелось посетить православную церковь. Шанхай покорил своей красотой, организованностью на дорогах и вокзалах, людьми спокойными и бодрыми, величественными зданиями и парками. Я искренне считала, что и храмы должны вписаться в это великолепие. О том, что они есть, не сомневалась, так как читала о русских эмигрантах, которым вдали от Родины церковь была просто необходима. Но то, что я увидела, повергло меня в уныние. Меня очень «зацепила» эта проблема, и я не могла не написать прилагаемые к этому письму стихи.

Прочтём до конца?

Мастер нескучного жанра

Поляков в ШанхаеВ ноябре 2007 г. Шанхай посетил Ю. М. Поляков главный редактор «Литературной газеты», автор широко известных в России и за рубежом романов и повестей «Сто дней до приказа», «Демгородок», «Возвращение блудного мужа», «ЧП районного масштаба», «Козленок в молоке» и др. Здесь по приглашению «Русского клуба» он встретился с проживающими в Шанхае соотечественниками. Материал об этой встрече в сокращении и изложении публикуется ниже…

Лиза Лидо: «Вечная игра» и «Тайная вечеря»

Выставка Лизы Лидо в ШанхаеО творчестве Лизы Лидо написано и сказано немало. Выставки инсталляций и картин Лизы Лидо с огромным успехом проходили в Париже, Женеве, Риме, Берлине, Брюсселе, Нью-Йорке, Лос-Анджелесе. В 1992 году композиции «Шахматные этюды» и «Тайная вечеря» были представлены на «Осеннем салоне» в Гран-Пале и на выставке Общества французских художников, где их увидело рекордное количество зрителей – около 500 тысяч. Масштабную инсталляцию «Шахматные этюды» ведущие искусствоведы мира называют самым оригинальным проектом в истории современного искусства. Статью, анализирующую две самые знаменитые инсталляции Лизы Лидо, предоставленную нашему сайту галереей «Дом Нащокина» мы публикуем в рубрике «Литературная СРЕДА – ныне».
Прочтём до конца?

Временный рай

Временный Рай, Александр Титов специально для сайта РКШЧлен «Русского клуба в Шанхае» Александр Титов, проживающий ныне в США, прислал нам трогательную историю своей первой любви озаглавленную «Временный рай». Эта статья как бы является продолжением ранее опубликованного у нас на сайте большого интервью с Александром Алексеевичем.

«Впервые я увидел Нину в апреле 1949 года в лагере беженцев на острове Тубабао, одном из Филиппинских островов, ставших «временным раем» для пяти тысяч русских беженцев из Китая…»

Прочтём до конца?

Ларисса Андерсен: миф и судьба

Она трижды теряла свой нательный золотой крест, надетый при крещении. Однажды еще маленькой девочкой, расшалившись на вспаханном поле, другой – кувыркаясь в стоге сена, третий – в парижском метро. И всегда каким-то чудом находила пропажу. Даже когда его украли в Харбине – крест совершенно немыслимым образом вернулся к хозяйке. Что это: везение или Божий промысел? В ее жизни, стихах есть какая-то магия, тайна, загадка – она сама давно уже стала легендой: слишком яркая незаурядность, «неповторяемая неповторимость» подарена Лариссе Андерсен судьбой.

Все меньше красивых женщин,
Все меньше стихов и песен,
И мир, разлукой увенчан,
Стал душен, печален, тесен…
Ах, только ты, Ларисса –
Какой-то отсвет старинный…

Восторженные строки «китайского» поэта Василия Логинова в числе многих других оказались вплетенными в искусный «венок сонетов», посвященный Лариссе Андерсен, музе дальневосточного эмигрантского Парнаса 20–40-х годов прошлого столетия.

Прочтём до конца?

Страница (2 из 5)12345