История и творчество

«Шанхайские акварели». Стихи Михаила Дроздова

Сборник стихов Михаила Дроздова «Шанхайские акварели»…

Прочтём до конца?

Едут и едут (Шанхайская Заря. №1307. 23.02.1930)

Фельетон

Они продолжают приезжать. Эти новые, как принято выражаться на объединяющем Шанхай языке, «сэттлеры». Новые и новые беженцы. Наши братья по крови: русские. О, разнообразие их не поддается описанию. Самая яркая палитра: Малявина или, местного Кичигина, не в силах подыскать красок. Чтобы передать все оттенки беженства. Одни из них с добротными чемоданами, в модных пальто, в сопровождении красивых женщин (жены, любовницы, сестры). Другие – просто целина, прямо от сохи. Из Трехречья, которое, кровавой известностью пошло по белу свету. Из Харбина, прожив там с десяток эмиграционных лет. Из никому неведомых медвежьих уголков Северной Маньчжурии. Отовсюду:

– В Шанхай, в Шанхай, в Шанхай!

Прочтём до конца?

Убийца Сун Чуан-фана рассказывает на суде, как она 10 лет лелеяла месть за казнь ее отца (Шанхайская Заря №3238. 27.11.1935)

Позавчера утром в тяньцзиньском окружном суде началось слушание дела мисс Цзе Чен-чао, 31 года, которая в слезах откровенно созналась в убийстве ею маршала Сун Чуан-фана, бывшего дебаня пяти провинций – Киангсу, Чекианг, Анвей, Киангси и Фуцзян.

Мисс Цзе во время заседания суда заявила, что после убийства маршала, она сама передала себя в руки полиции.

Перед заседанием суда с 7 часов утра стала собираться большая толпа, желавшая послушать интересный процесс. Допущено в зал суда, однако, было только 350 человек.

Прочтём до конца?

О «долге» русской эмиграции (Шанхайская Заря. № 1343. 06.04.1930)

Разговоры о невыполненном долге русской эмиграции и о необходимости управления несознательными эмигрантскими «массами» для направления их на верный путь служения далекой родине ведутся все настойчивее и резче. Молодые и старые русские люди отработав должное число на фабриках и заводах идут в литературные кружки и с покорными лицами, не выражая протеста, не обнаруживая попытки оправдаться слушают тех, кто с высоты трибуны обличает их.

На одном из таких собраний было трогательно смотреть, как в ответ на наивные речи оратора, с нескрываемым презрением третировшего сидящие перед ним «массы», публика спокойно и удовлетворенно аплодировала. Русские люди всегда любили обличения, считая их каким-то духовным очищением. Но глядя на измученные работой, усталые лица, думая о том, как на рассвете эти обличаемые будут вставать, чтобы идти на изнурительный труд, было горько думать о том, как мало встречает признания их слишком тихий подвиг. Прочтём до конца?

Кара на Джукон Род (Шанхайская Заря. №1302. 18.02.1930)

Shanghai - Corner of Nanking-Road & Chekiang RoadБюро общественной безопасности муниципалитета Великого Шанхая предписало полицейским властям немедленно закрыть все кафэ и кабарэ, находящиеся на Джукон Род, улочке, перпендикулярной Норд Сычуен род, в той ее части, которая особенно близко подходит к Чапею.

Это решение явилось следствием совещания, имевшего место на днях, между властями китайского муниципалитета и владельцами кабарэ и кафе на указанной улице. Совещание было устроено в результате ходатайства владельцев о продлении им права держать кабарэ и кафе на 1930 год.

Прочтём до конца?

Шанхай через пятьдесят лет (Шанхайская Заря. № 1351. 16.04.1930)

Шанхай в 1930 годуГород мировой славы. Головокружительные перспективы

В одной из местных английских газет появилась информация являющаяся результатом опроса ряда городских инженеров, архитекторов, лиц, специализировавшихся в земельном вопросе и т. д. относительно того, каким эти специалисты представляют себе Шанхай:

Через пятьдесят лет!

Газета приложила даже рисунок-фантазию будущего Шанхая:

В 1980 году!

На рисунке изображена стена колоссального дома-гиганта, по архитектуре несколько напоминающего архитектуру Аркады Сассуна.

Прочтём до конца?

Парижские визиты (Шанхайская Заря. №1360. 27.04.1930)

Театральная афиша

I. У Ф.И. Шаляпина

Прихожу к Федору Ивановичу в назначенный час и застаю его в несколько необычайной обстановке:

На столе перед ним разложены парики. Десятки… Вглядываюсь в них и кажется мне, что это не парики, а скальпы. Да, конечно, скальпы… Вот — скальп с Мефистофеля! Чуть чуть выступают рожки — наросты… Словно две заостренных шишки. Это — скальп с Бориса Годунова. Скальп, характерный настолько, что ошибиться никак нельзя… А вот — скальп с Дона-Базилио, скальп с Дон-Кихота… Скальп с Грозного, скальп с Досифея…

Федор Иванович дает указания парикмахеру-французу:

— На этот парик надо будет наложить немного брильянтину… Этот — чуть-чуть — подзавить… Этот придется переделать…

Парикмахер снимает с шаляпинской головы мерку на парики, бороды, усы, накладные «мефистофельские» подбородки. Тщательно измеряет каждую часть лица сантиметром, выводя на бумажке целые столбики цифр. Эта процедура — довольно сложная, сложная, по-видимому, и сама работа. Прочтём до конца?

Лекция о китайских иероглифах (Шанхайская Заря. № 3240. 29.11.1935.)

Австрийский ученый доктор Рейфлер бросает интересный вызов китайским ученым в своей лекции о китайских иероглифах, которую он прочтет в понедельник 2 декабря в 5.15 вечера в помещении Международной Театральной Группы.

Доктор Рейфлер считает, что многие иностранцы знают больше о значении китайских иероглифов, чем большинство китайцев. Это происходит от того, что школьники научаются очень быстро различать иероглифы, хотя они и не знают их составных частей. Иностранцы наоборот, при изучении китайских иероглифов непременно останавливаются на их анализе, во-первых, потому, что это помогает им запоминать их, а во-вторых, потому что их интересует самый процесс такого рода разложения китайских знаков письменности.

Вызов заключается в том, что д-р Рейфлер утверждает, что каждый может научиться читать по-китайски и даже понимать разговорную речь, придерживаясь той системы изучения языка, которой он придерживается сам. Лекция будет иллюстрироваться образцами иероглифов.

Шанхайская Заря № 3240. 29.11.35. – С. 4

Пушкинский Дом (Шанхайская Заря №1301. 16.02.1930)

Письмо в редакцию

Пушкинский Дом…Рассеянная в эмиграции интеллигенция, учредив День Русской Культуры, приуроченный ко дню рождения великого поэта земли русской, остановила свое внимание как на источниках нашей русской культуры, так и на нашем доме, чтобы чтить эту культуру и сохранить ее для лучших будущих дней…

Лично мне представляется, что общими усилиями и с помощью наших друзей мы должны создать здесь Пушкинский Дом. В нем должна быть бесплатная библиотека в виде читальни. В нем должны преподаваться на льготных условиях иностранные языки. Там должно быть бюро для приискания занятий для лиц интеллигентского труда. Там должно быть бюро переводов и справочное. Там должна быть небольшая сцена и кинематограф с научными картинами. Прочтём до конца?

Некоторые биографические зарисовки

Автобиографический рассказ Эдуарда Успенского, ранее нигде не печатавшийся!

Моя сознательная жизнь, насколько я помню, началась где-то в 47 году, когда я попал в интернат для детей с ослабленным здоровьем. Целый год я провёл за городом в лесах и, вот с этого начинаются мои детские воспоминания.

Остальное всё идёт какими-то отрывками, пунктирами, какие-то эшелоны, кипятки, интернаты. Москва послевоенная с плавившимся асфальтом, с огромным количеством котлованов недостроенных домов. Эти котлованы были залиты водой и в них водились лягушки.

Потом помню еще как сносили два кладбища, чтобы строить на Кутузовском проспекте «цековские дома», дома для ЦК ВКП (б). Причём за русскими могилами не приехал никто, а за еврейскими, на мое удивление, приехало много людей. Прочтём до конца?

Страница (10 из 11)Первая...7891011