Литературная среда. Тогда

От понедельника до «Понедельника»

Творческая жизнь русского Китая в 1930–40-е гг. была насыщенной и плодотворной. Во многих городах расселения существовали десятки литературных кружков и обществ, работали издательства, выходили газеты. Здесь жили и творили талантливые поэты и писатели, такие как Ларисса Андерсен, Давид Бурлюк, Александр Вертинский, Евгений Замятин, Наталья Ильина, Венедикт Март, Арсений Несмелов, Валерий Перелешин, Марианна Колосова, Виктория Янковская, Александра Паркау и другие.

Шанхай был в культурном отношении городом своеобразным. Здесь культура и литература не рассматривались всерьез, так как это был и есть город деловой, финансовый и экономический. В лучшем случае, культурные мероприятия смотрелись лишь как средство развлечения живших за пределами «культурного мира» европейцев. Все изменилось с приходом в город русских переселенческих волн, особенно в конце 1920-х – начале 1930-х годов. Русские внесли в жизнь Желтого раскаленного Вавилона движение творческой энергии и небывалого энтузиазма.

. Прочтём до конца?

Религия, культура, просвещение и развлечения

Религия, культура, просвещение и развлечения / Остров ТубабаоВ первые же дни нашего пребывания на Тубабао русское православное духовенство — священники, монашки — и миряне приступили к созданию церковной жизни, основав и обустроив на территории лагеря две палаточные церкви: Свято-Серафимовскую и Свято-Архангело-Михайловскую. Кроме того, филиппинские власти передали во временное пользование православных здание бывшей американской военной церкви. Эта церковь, ставшая православным Богородицким кафедральным собором, находилась за чертой лагеря, но к ней вел свободный проход. Группа наших строителей водрузила большой православный крест над входом в храм, рядом с ним построила колокольню, а интерьер собора отремонтировала и установила в нем иконостас.

Прочтём до конца?

Из Харбина в Шанхай

Харбин. Эмигрантская пресса писала: «…в Харбине начала 1920 года было 5-6 средних учебных заведений, 2 скучных газеты, булыжные мостовые, Желсоб и Комсоб…. ((Желсоб – Железнодорожное собрание, Комсоб – Коммерческое собрание.)) Но вот понаехали беженцы. Тысячи их, десятки тысяч поначалу. Приехали в теплушках, одетые в что попало, многие больными, все измученные, большинство без всяких средств. В 1921-22 гг. Харбин впитал в себя на 15.000 человек туземного населения русских, до 40.000 беженцев…. С прибытием большого потока русских, на Дальнем Востоке началась блестящая пора «русского культурного Ренессанса». Открывались одна за другой школы, юридический факультет, за ним – русско-китайский институт, потом – институт педагогический, ориентальных и коммерческих наук. Кабаре, театры миниатюр, места художественных ночных развлечений плодились как грибы после дождя. Стало выходить бесчисленное количество печатных периодических изданий: газет, журналов, журнальчиков. Развивалось, ширилось, росло книгопечатание. Началось домостроительство; открылись частные лечебницы врачей-специалистов, строились величественные храмы…. Питающая край железная дорога превратилась «в слепящую игрушку, в предмет для зависти чужих, в объект национальной гордости для русского сознания…». В эти годы в Харбине ключом кипела деловая жизнь, дорога [КВЖД]  преображалась, как в сказке; открывались факультеты, приезжали ученые; «иностранцы съезжались дивиться роднику русской инициативы, знаний, энергии, дарований. В те поры в Харбине русским принадлежала дорога, русские занимали половину мест в муниципалитете, русские водили тогда искреннюю дружбу с китайцами. Т.е. просто русские – годами трудившиеся в Маньчжурии, и затем беженцы, прибывшие трудиться на чужую землю…». ((Ставка на русских. Л.Арнольдов. //Шанхайская Заря, 27 февраля 1928 г. – С.3; он же. Русский элемент //Шанхайская Заря, 6 ноября 1932 г. – С. 11; он же. Без атмосферы // Шанхайская Заря, 6 марта 1930 г. – С.5.))  Прочтём до конца?

Быт городского обывателя

Как  протекает жизнь современного гражданина-китайца из более или менее зажиточного элемента.

Прежде всего, отметим, что в городах побольше, дома для себя теперь строятся, преимущественно, в европейском стиле.

Европейцы, живущие в Пекине, например, больше держатся за старо-китайский стиль жилых построек, чем китайцы.

Европейцы в Пекине, где «кулер-локаль» все еще всевластно доминирует, несмотря на соседство с отъединенным от остальной древней столицы городком сугубо европейского, трогательно старомодно-европейского «посольского квартала», стараются селиться в условиях, a la Китай. Прочтём до конца?

Мост в прошлое

Арсений Северный на фоне портрета своего отца — писателя Павла Северного

Не так давно жизнь подарила мне знакомство с Арсением Павловичем Северным – сыном известного шанхайского эмигрантского писателя 1920-1940-х годов Павла Северного. Ровесник века революций, мятежей и войн, П.А.Северный своей судьбой мог бы  привлечь любого историка, беллетриста, драматурга, режиссера, задумавшего написать и снять захватывающий исторический роман. Родился он в Российской империи, почти 35 лет своей жизни провел в Китае, а потом вернулся в СССР.

Павла Северного без преувеличения можно назвать самым издаваемым и самым читаемым писателем русской эмиграции в Китае. В конце нашего исследования мы приведем полную его библиографию, которая убедительно говорит о широте литературных интересов и пристрастий писателя.

Можно сказать, что именно в эмиграции сначала робко, а потом все решительнее и крепче проявился талант Павла Северного аккумулировать общественные думы и чувства, волнующие русскую эмигрантскую среду, выражать мысли и чаяния совместного отечественного прошлого и настоящего. Конечно же, его нельзя сравнить ни с Достоевским, ни с Львом Толстым. Однако он стал типичным выразителем, рупором и транслятором тех общественных настроений, которые витали в среде думающего эмигрантского большинства. В эмиграции им было написано  18 произведений, а по возвращении в СССР – еще десяток больших романов и книг. Всего перу писателя принадлежит 128 произведений, написанных в разные годы на самые разные темы и в разных жанрах. И по ним явственно видно, что русская тема у него неизменно — главная.

Прочтём до конца?

Строительство, быт и население «палаточного города»

Строительство, быт и население «палаточного города» / из книги «Остров Тубабао»Когда наша группа беженцев прибыла на Тубабао, там уже в основном была сформирована лагерная администрация ИРО. 9 февраля 1949 года к исполнению своих обязанностей приступил первый начальник лагеря американец Дж.-Ф. Феннелл, под руководством которого работала канцелярия, расположившаяся в одном из бараков административного центра лагеря. В состав канцелярии вошли: финансовый отдел под ведением американца Е. Паппа, медицинский отдел во главе с доктором китайцем Ханом, отдел снабжения под ведением другого китайца, Цунга, и отдел технический, возглавляемый Олегом Мирамом. Все вышеназванные лица, за исключением Мирама, были назначены на свои должности Главным управлением ИРО в Женеве, а инженер и русский эмигрант Мирам был приглашен на работу в администрацию ИРО уже в самом лагере. Он прилетел из Шанхая на Тубабао 19 января 1949 года во главе первой группы беженцев, состоявшей из сорока восьми мужчин — инженеров, техников и квалифицированных рабочих. На следующий день по прибытии группа Мирама пополнилась переброшенными самолетом пятьюдесятью беженцами, в числе которых, в отличие от первой группы, были также женщины и дети.

Прочтём до конца?

Китайская женщина

Китайская женщина отличается от европейской женщины. Хотя бы уже, и прежде всего, тем, что в Китае нет блондинок.

Китайская женщина, в большинстве, небольшого роста, хотя есть среди них и высокие, стройные фигуры, есть также толстые, тучные женщины, но когда иностранец, много лет проживший в Китае, хочет представить себе китайскую женщину, как собирательный тип, то перед его духовным взором встает силуэт небольшой, гибкой, как тростинка фигуры, с невысокой грудью, часто, особенно в молодые годы, безукоризненно сложенной, с маленькими, изящными ручками, с тонкой шеей, особенно удлиненной на вид, от высокого, стоячего воротника, являющегося необходимой принадлежностью, выходного туалета, будь то или вечернее платье из тяжелой материи, украшенное драгоценностями, или легкое платье, из почти прозрачной материи, радужных цветов!

Прочтём до конца?

Что писали об эвакуации

Что писали об эвакуации из книги Н.В. Моравского "Остров Тубабао"Эвакуации русских беженцев из Шанхая на Тубабао довольно много внимания уделила издававшаяся в Шанхае ежедневная престижная английская газета «North China Daily News», которая, как и другие англоязычные источники, по отношению к русским эмигрантам часто пользовалась термином «белые русские». Следует также отметить, что «North China Daily News», подобно другим англо- и русскоязычным периодическим изданиям, ошибочно называла беженский лагерь на Филиппинах «Самаром». Произошла эта ошибка потому, что почтовым адресом тубабаовского лагеря был почтамт в городке Гьюан, который находился на острове Самар, соединенном с Тубабао небольшим мостом.

Одним из ранних упоминаний предполагавшейся эвакуации русских беженцев из Шанхая было опубликованное «North China Daily News» сообщение агентства «Associated Press» из Женевы от 26 января 1949 года. В этом сообщении, озаглавленном «Эвакуировать местных белых русских», говорилось Прочтём до конца?

Из Шанхая на Тубабао

Последнее пристанище российской дальневосточной эмиграции

Книга Н.В. Моравского Остров Тубабао, Последнее пристанище российской дальневосточной эмиграцииСайт «Русского клуба в Шанхае» начинает публикацию глав из книги Н. В. Моравского «Остров Тубабао». В книге рассказывается о важном периоде в жизни российской эмиграции, с которого закончилась история российского присутствия в Шанхае в первой половине ХХ-го века.

Никита Валерьянович Моравский родился 14 сентября 1923 года в Шанхае в семье русских эмигрантов. Его отец сотрудничал до революции в петербургской газете „Речь», а во время гражданской войны участвовал в сибирском областническом движении.

Учился Никита Валерьянович в Шанхае и в США и потому получил смешанное образование — французское, русское и американское. Он жил в Шанхае до февраля 1949 года, когда в числе более пяти тысяч беженцев, преимущественно русских, был эвакуирован на Филиппины, где прожил два года в лагере для перемещенных лиц на острове Тубабао.

Прочтём до конца?

Нравы и обычаи китайцев

Нравы и обычаи китайцев / Из книги Льва Арнольдова "Китай, как он есть" (1933)Хотя, в основе своей, Китай остался тем же, каким был при Цинской (маньчжурской) династии, в особенности тот вековечный пласт народной толщи, который служит фундаментом для страны и который вряд ли сильно расшатали за эти десять последних лет китайские и некитайские агенты третьего коммунистического интернационала, надо учесть все-таки, что современный прогресс техники и всемирная переоценка моральных ценностей оказывают свое действие даже на консервативное в основе китайское население, даже, в известной степени, на крестьянство.

Китай трудно было покрыть сетью железных дорог, прокладка железнодорожных магистралей стоила больших денег, вот уже четверть века Китай пребывает в состоянии перманентного внутреннего политического, а ныне и социального брожения, пятнадцать лет по всему простору необъятной страны не угасал пожар гражданской войны, те железные дороги, которые были проложены к моменту смерти Юань Ши-кая в большинстве на средства иностранного капитала — стали служить коммуникационными базами для различных, часто менявшихся, внутрикитайских фронтов, а подвижной состав был использован под перевозку и постой солдат.

Прочтём до конца?

Страница (2 из 4)1234