Штрихи к портрету

Памяти Марии Александровны Поповой посвящается…

Памяти Марии Александровны Поповой посвящаетсяМария Александровна Попова (18.05.1910-30.01.2003 гг.), художник и поэт, и хотя при жизни не вышло ни одного поэтического сборника, время расставит точки над i. Однако ее выставки с необычайной техникой работы акварелью по шелку известны тысячам людей. Она была личностью удивительной, вокруг нее всегда были люди. И если спросить, что же привлекало к ней, мнение будет единодушным: человечность. Она была удивительно добра, отзывчива, гостеприимна, бескорыстна, хотя жизненный путь ее не был простым и ясным, а путь к творчеству долог и труден…

Уготовано судьбой…

Александр Павлович ПоповРодилась Маша Попова в провинциальном сибирском городке Омске 18 мая 1910 года в интеллигентной семье. Мать, Александра Дмитриевна, до замужества училась в Казанском институте благородных девиц, затем театральному делу в частном пансионе Гламы Мещерской в Петербурге, недолго играла на сцене. После замужества занималась домашним хозяйством. Отец, Александр Павлович, кадровый военный, имел технологическое и педагогическое образование, преподавал физику в Омском кадетском корпусе, имел звание «полковник» и чин статского советника.

Александра Дмитриевна Попова (1915)Начальное образование Маша получила в семье. Учителем был отец. К девяти годам смышленая девочка знала четыре правила арифметики, Символ веры, историю, неплохо разбиралась в Ветхом Завете. Особенно Маше нравилась история, любовь к которой она сохранила на всю жизнь. В 1919 году она поступает в 1 класс гимназии. Закончить ее не удалось…

Да, детство кончилось,

И, может быть, в тот миг,

Как поезд отошел от Омского вокзала.

Когда б все знать!

Как горек был бы крик!

Но жизнь пути незримо начертала….

……………………………………………

Россия

Отходил от родного вокзала,

На Восток отходил эшелон…

Ты ни слова вслед не сказала,

и бесстрастен был небосклон.
Ты ни слова вслед не сказала

Оправдания не нашла,

Только лишь красотою сияла,

Только память болью прожгла,
Чтоб вступив на дороги чужие,

Спотыкаясь на горьком пути

Твое имя, Твой образ Россия,

Нам иконой на сердце нести.

(1919 г.)

Стремительное наступление Красной Армии сломало жизненные планы. В 1919 году корпус эвакуируется во Владивосток, весь преподавательский состав уезжает с корпусом, переезжает и семья Поповых. Экспресс уходил последним, во Владивосток прибыли через девять дней. Корпус размещается в казармах на Русском острове, замыкающем бухту Золотой Рог. Преподаватели жили в маленьких домиках на две семьи. Это считалось приличным жильем. Дикая природа острова, сопки. Для детей здесь была полная свобода: нет гувернанток, нет нянек. Бегали вглубь сопок. Только родители жили страшной жизнью — ожидали Красную Армию — но Присяге изменить НЕ МОГЛИ. Слухи.

Слухи. Слухи. Смятение…

Сопки, сопки, поросшие лесом отроги

Диких гор… нелюдимое грозное море…

Русский остров — последний привал на дороге.

(30-е годы)

Летом 1921 года отец уходит в отставку. Переезд во Владивосток. Жизнь скверная. Работа преподавателя промышленно-экономического техникума денег не приносила. Распродали богатую библиотеку, драгоценности. Весь Владивосток в ожидании: одним — радость, другим — трепет.

Во Владивостоке Маша закончила два класса промышленно — экономического техникума. Октябрь 1922 год. Последняя битва за Владивосток. 25 октября Красная Армия вошла во Владивосток.

Страшное время

Кадетский корпус эмигрировал в Югославию. Последний кадетский корпус… Они стояли за свою правду. И уходили. Уходили в неизвестность. Китайцы, милые люди, принимали всех. Страшная эпоха. Страшное время. У каждого — своя правда. Жизнь, полная трагизма.

Одни уходили,

Другие остались

Расстаться с Отчизной

Нет сил…

Мне в жизни так много

Скитальцев встречалось,

И много забытых могил.

(1999 г.)

Советская власть прочно установилась на Дальнем Востоке. Осенью отец переходит работать в промышленно-экономический техникум, а Маша поступает в подготовительные классы. Наступает новая, советская эра. Недовольные советской властью даже через пять лет покидают Россию… Едут в Харбин, там живет разгромленная Белая гвардия.

Алое пламя там, за горой, трепетало.

Таяли там, за кормой, очертанья земли.

Ночью, в дали чужие от милых причалов,

Ночью, в дали чужие ушли корабли…

Люди на палубе тупо и скорбно молчали,

Тихо вздымалась и опадала волна.

Факелом красным — символом горькой печали

В тучах над ними вставала луна.

Годы, те годы камнем под ноги ложились,

Каменной глыбой вставали в пути города,

Горькою пылью дороги чужие клубились,

Горькою былью наполнены были года…

Люди с годами все глуше и глуше молчали,

Люди как рану, тайную рану несли.

Ночью, в дали чужие от милых причалов,

Ночью, в дали чужие ушли корабли…

(1929 г.)

В далекий путь, к брегам земли чужой… (1925 — 1931 гг. Харбин)

В 1925 году семья Поповых оказалась в Маньчжурии, в г. Харбине, куда перевели служить на Китайско-Восточную железную дорогу Александра Попова. Отец считался советским служащим. Железнодорожное училище, преподавателем которого он теперь был, числилось за КВЖД. В эти годы, по словам Марии Александровны, Харбин был городом контрастов, гораздо интереснее европейских столиц: в нем сконцентрировались остатки разгромленной императорской России.

Под китайским небом процветала демократия: здесь проживали СОВЫ (советские служащие на КВЖД); КРАСНЫЕ; КИТЫ (русские, принявшие китайское подданство); БЕЛЫЕ; КВИТЫ (эмигранты, живущие по квитанциям), и, конечно, китайцы, живущие в особом районе Фу-дзя-дзян.

Мария поступает в Первое русское реальное училище, директором которого был генерал А. И. Ондокский. Училище славится своими традициями, человеческими законами, где чувство долга перед Родиной, перед Россией составляло основу нравственного кодекса. Его выпускники останутся верными гражданскому долгу, своим представлениям о дружбе, порядочности, честности до конца дней своих. ««отовься к бескорыстному служению русской нации» — таким был девиз училища.

В 1929 году произошел конфликт между Россией и Китаем. Границы закрылись. Поповы остались в эмиграции. Осенью Мария заканчивает училище. Ввиду успехов удостоена серебряной медали. Несмотря на очень тяжелое положение с работой для эмигрантов, она устраивается в швейную мастерскую: составляет монограммы, готовит эскизы для вышивки. Уже первый заработок девушка относит в частную художественную школу, где берет уроки рисования. Одновременно углубленно изучает английский. Быстро овладев основами прикладного творчества, обладая природным даром, Мария вскоре дает уроки, уже имея своих учеников. Но Харбин с непрекращающейся борьбой красных и белых, кто кого, с борьбой за существование, уже не устраивает Марию.

Да, я была тебе чужой,
И песнь моя была не для тебя.
И на твоей земле, я, не любя,
Жила, озарена одной мечтой.
И вот теперь настал прощальный час.
Я ухожу…

(1931 г.)

……………………………………………….

Я не знаю, за что я Его не любила,
Может быть политических кредо раздор…
Вероломных сомнений гнетущая сила
Или просто житейский обыденный сор.
Но жила, не любя, и ушла, не жалея,
Чтоб потом через много лет
Все ж оценить.
Он сумел, нашей братской
Враждою болея,
В наших странствиях «русское «Я»
Сохранить.

(1996 г.)

Открытые двери мира (1931-47 гг. Шанхай)

Над стальною рекой небоскребов холодные зданья,
Шелест шин по асфальту. Горячая мутная даль.
Это город Мечты, это город безумных мечтаний,
Где в борьбе за успех ни себя и ни друга не жаль.

(1932 г.)

Решение уехать в Шанхай, крупнейший город и морской порт, зрело давно. Шанхай искушал: здесь можно взлететь, здесь можно пропасть. Здесь нет конфронтации: красных и белых. Главный властелин здесь — доллар. Представив свои работы на выставку русских эмигрантов, Мария сразу же получила учеников, а значит, и широкий круг знакомств. С осени 1933 г. она учитель рисования франко-английской женской монастырской школы Сакрэ-Кёр для детей состоятельных лиц. Здесь она преподает долгие годы.

«Настоящим удостоверяю, что госпожа М.А. Попова работала учительницей художественного рисования в монастыре Сакрэ-Кер с сентября 1933 года до сентября 1946 года. Во время своей работы г-жа Попова проявила большие способности художественного таланта в преподавательской деятельности. В течение 13-ти лет она состояла в нашем штате и подготовила большое число учениц к экзаменам, которые проходили успешно и приносили пользу в художественной работе.

Госпожа Попова много написала декораций, которые использовались для школьных драматических постановок. Ее вспоминают с благодарностью».

Монастырь «Сакрэ-Кёр». Авеню Жоффр, Шанхай, Китай.16 марта 1949 год.

С. И. Фингеральд (перевод с английского)

Одновременно с основной работой М. Попова бесплатно ведет уроки рисования во всех классах школы-приюта им. Святого Тихона Задонского для неимущих детей. По отзывам заведующего школой-приютом Л. Костерина, «…интерес к предмету со стороны учащихся настолько возрос, что быстро образовалась особая группа учащихся, далеко опередившая всех остальных. Занятия в этой группе велись сверх программы под любезным руководством Марии Александровны Поповой».

Тяжела эмигрантская жизнь. Безработица. Голод. Ностальгия. Слабые опускаются, гибнут. Сильные находят свое место под солнцем. В эти годы Мария увлеченно занимается в литературном кружке (русская поэзия восточной эмиграции была на подъеме) пишет стихи, преподает на английском языке, отрабатывает новые приемы в прикладном творчестве. Работа, работа, работа…

Георгий Попов, ученик реального училища, 1925 г.Брат Георгий в это время устраивается радистом на торговый флот, поступает и оканчивает заочную школу в США, получает специальность штурмана дальнего плавания. Семья живет на деньги Марии и Георгия. В марте 1941 года умерла мама…

Истинным увлечением для Марии Поповой было преподавание любимого предмета в еще одной, английской, школе для русских детей, рожденных в Китае. «Для меня было самой большой радостью знакомить детей с их далекой Родиной», — вспоминает художница.

…Известие о начале войны между Германией и СССР было громовым ударом для русской эмиграции: она разделилась на два непримиримых лагеря: «за» и «против». Сразу возникли очереди сочувствующих эмигрантов в советское консульство с просьбой о возвращении. За получение советского паспорта отдавали все, расставались со своим благополучием

Свершилось. Враг обрушил свой удар,
И нет постыдней муки колебанья.
И боли нет острей.
И нет страшнее кар,
Чем кара добровольного изгнанья.
Я — далеко, за тридевять земель.
Но я — Твоя, обломок грозной были.
И, где б я ни была отброшена на мель,
Я — русская, чтоб там не говорили.
И радиоприемник подключив,
Я подключаюсь к яростным боям.
Тобой живу, и Твой несу призыв
ОТЧИЗНЕ — жизнь!
Смерть, смерть ее врагам!

(июль 1941 г.)

Семья Поповых принадлежала к тем, кто желал России победу. «Мы обратились в Советское консульство с просьбой о возвращении на Родину». Отказали. Но надежда была. Ждали…

Я любила тебя, Шанхай
Как противника любят в бою.
Может быть, чтоб хлестнуть
Через край
Несгибаемо волю мою.
Ты надменно встал надо мной,
Не скрывая темного дна.
Говоря: Можешь выиграть бой,
Если воля твоя сильна.
Надо слепо верить в мечту
Чтоб, споткнувшись, все же
Идти.
Надо очень любить красоту,
Чтоб кривыми не стали пути.
Чтоб, когда тебя осенит,
То, о чем не смела мечтать,
Птицу-жар, что вот-вот улетит,
Ты могла бы в руках удержать.
Чтоб потом, завершая путь,
Неприветливый путь земной,
Очень тихо, блаженно вздохнуть
Выбор сделан правильно мой.

(1990 г.)

Выбор

И только в 1947 году, после окончания Великой Отечественной (кому знать дано, что пережили в эти годы русские эмигранты, душой и сердцем навсегда преданные России), по разрешению «Отца народов» две с половиной тысячи семей эмигрантов потоком хлынули на корабли. Их было пять. Первая партия покинула Шанхай в августе, последняя 30 ноября… На третьем разместилась семья Поповых.

Порт Находка. Родная Россия! Разместили в бараки. Все хорошо. И вдруг… Кражу чемодана, в котором находились документы об образовании, трудовом стаже Мария Александровна не забудет никогда. Список, что пропало, сохранился.

К счастью, сохранились и паспорта. О пропаже документов заявили в органы. Там успокоили: найдутся. Предложили на выбор место жительства: Свердловск или Казань. Захотели поехать на Волгу, чтобы брат смог найти работу. Работы в Казани не оказалось. Сделали запросы о подтверждении стажа за рубежом. Позволили выехать в г. Чистополь, где удалось найти работу. В этот период Мария оканчивает высшие курсы иностранных языков (английский язык).

Страдальцы

Вечером 9 августа 1949 года Марию Александровну и ее брата арестовали. Поводом послужила уже начавшаяся холодная война с США, куда брат Георгий послал запрос о подтверждении трудового стажа в торговом флоте США (М.А. послала запрос в Шанхай и во Францию, откуда, кстати, получила подтверждение стажа).

Суд состоялся в Москве. Брата и сестру осудили на срок 10 лет каждому. Обвинение — резиденты американской разведки. Мария Александровна отбывала срок в Мордовских лагерях, брат в Сибири. «Как хорошо, что в жизни существуют нары!», услышал я однажды от Марии Александровны, хотя эта тема всегда считалась закрытой. Однако время, прожитое «ТАМ» даром не прошло. «В 1947 году (отъезд из Китая) переехала на бесплатную квартиру по приглашению товарища Сталина. Приобрела бесценный дар — юмор», — однажды заметила М.А. Попова.

Сколько замечательных людей перебывало там, не принято было говорить — боялись. Для побывавших ТАМ, это было время переоценки человеческих ценностей. В декабре 1956 года — освобождение, возращение в Чистополь, где совсем недавно умер отец. О брате никаких известий… Теперь уже в Чистополе Марию Александровну ничто не держит. А в Карелии, в Петрозаводске, живет родная тетя Вера.

В Карелию

В 1957 году приехав в Петрозаводск, М.А. Попова оформляется на работу в Дом народного творчества, где руководит кружком изобразительного искусства. Здесь занимается молодежь, в большинстве своем, рабочие Онежского тракторного завода. У Марии Александровны учились такие известные петрозаводчане, как Георгий Иванов, архитектор; Галина Щербакова, преподаватель кафедры прикладного искусства училища культуры; преподаватель педагогического училища Петр Нагорский. Одновременно она ведет уроки рисования в 4-й школе. Затем Мария Александровна переходит на преподавательскую работу в педагогическое училище, где и работает до выхода на пенсию.

Музыка души

Это настоящая живопись сердца…

Т. Сэкиен

Именно здесь, в Петрозаводске, с полной силой воплотился талант зрелого художника. С 1977 по 1994 годы Мария Александровна Попова провела около ста выставок в разных организациях города. Самые значимые из них — в педучилище и Дворце творчества. Разнообразие тем: «От Балтики до Черного моря», «Звуки и краски», «Меньшие братья», «Цветы», выставка, посвященная И. Бунину (5 работ находится в Елецком доме-музее), «Времена года», «Природа Карелии», «Восточные мотивы», «Художник и материал» (техника коллажа) вызвали огромный интерес зрителей. Небольшие по размеру картины, лишенные внешних эффектов и оформления (паспарту), привлекли тонкой задушевностью и глубокой поэтичностью. На Востоке нет идеи покорения природы, даже противостояния ей. Главное — поиск гармонии с миром как условие внутреннего мира человека. Это и удалось передать М. Поповой в своих работах.

О любой из выставок с Марией Александровной можно говорить бесконечно. Затронем тему «Цветы» и тут же услышим удивительные истории о них. Гвоздика, например, символ скорби и крови, жертвоприношений, белая лилия — эмблема христианской чистоты, в Германии шиповник обозначает любовь, китайцы предпочитают пион, японцы — совершенную и гордую сакуру. Вишня настолько совершенна и горда, утверждают японцы, что лепестки ее опадают свежими на землю, чтобы увядание не тронуло ее красоты. Выставка «Меньшие братья» поднимает тему животных и человека, «Птицы» передает мечту человечества, «Звуки и краски» — гармонию, правящую миром. Наблюдательность и фантазия отражены в цикле работ «Белая ночь». С тонким мастерством и проникновением передает художник различное состояние природы, ее «душу» в разное время ночи.

Техника акварели по шелку по достоинству оценена посетителями выставок (в те годы, да и сейчас, по шелку в Карелии никто не работал). Игра шелка, самобытность искусства, едва заметный намек рассказывает о значительном во Вселенной, передают тончайшее настроение природы. Десятки выставок-продаж пополнили частные коллекции любителей искусства не только Петрозаводска и России, но и Европы и Америки. А все средства, вырученные от продаж, сразу же распределялись по многочисленным благотворительным фондам — себе художница не оставляла ничего.

Бескорыстие и простота Марии Поповой поражали всегда: никогда не надо думать о личном. 30 января 2003 года Марии Александровны не стало…

Память, память,
Ты из малой искры
Пламя раздуваешь и пьянишь
Ты конем неукротимо быстрым
Сквозь десятилетия летишь.
Кто тебя удержит, успокоит?
Кто узду накинет на тебя?

Принимаю все мое былое,
Радуясь, страдая и любя.

Сергей Никутьев, Статья написана по заказу «Русского Клуба в Шанхае»


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *