О китайской расе

О китайкой расе. Фото: Ben с сайта flickr.comРусский путешественник-любитель, Ив. А. Дьяков, не раз рассказывал мне, и даже писал об этом в выпущенной книжке, что в отдаленных провинциях, куда он забирался, идя с верховьев Ян-Цзе-Цзяна он встречал целые поселения:

— Белых людей.

С непосредственностью неофита, он принимал племена «мяо-мяо» и «ло-ло» за отдаленных предков… славян.

Д-р А. Ф. Лежанр и другие европейские ученые-синологи, посвятили немало страниц этому феномену:

— Белые в гуще и толще желтых миллионов. Д-р Лежанр, в своей монографии, делит китайцев на два основных типа, тип бледно-желтой кожи, почти приближающейся к белой, а, в некоторых экземплярах, сохранивший всю чистоту арийский белизны и тип негритосов.

В грубых чертах, он указывает, что «негритосский подтип» имеет низкую талию, приплюснутый нос, ярко выраженную раскосость глаз и другие типично монгольские черты.

Но тип с белой или белеющей кожей, наоборот, отличается высокой талией, нос обладает формой, свойственной арийским расам, посадка глаз приближается к горизонтальной линии, кожа слабо окрашена в желтый цвет, иногда достигает полной, даже слепящей, белизны и на щеках играет явственный румянец.

Д-р Лежанр указывает, что ему приходилось встречаться с целыми племенами «белых китайцев».

Он много говорит об этнографической миграции в центральной Азии и утверждает также, что Маньчжурия, в этом отношении, является как бы сварочным котлом различных белых и желтых рас.

Кроме того, д-р Лежанр просит обратить внимание на население, встречающееся у подступов к Алтаю, в долинах Тянь-Шаня, где, до сих пор, можно среди других видеть народец киргизского происхождения, «корейцев», мусульман по вере, и белых кожей, хотя находящихся в постоянном смешении с монголами.

Он включает в эти промежуточные, бело-желтые расы и тех русских, которые живут в верховьях Иртыша, по Оби, Енисею, по берегам озера Байкала и т. д.

«В долине провинции Ганьсу, на запад от главного города Лян-Чжеу-Фу, вы встречаете, — говорит Лежанр, — целое племя, численностью приблизительно в десять тысяч человек, обладателей длинных бород, людей белых кожей, с высокой талией, говорящих на древне-турецком языке».

Подобных же племен много и в китайском Туркестане.

Короче говоря, белые расы, древние и новейшие, чистые и смешанные, были и остаются в Азии, которой они некогда владели, прежде чем не были покорены монгольскими племенами.

«К третьему веку до Рождества Христова их племена тронулись, со своих насиженных мест, в нынешних китайских провинциях Шаньси и Шенси, и покорили всю центральную Азию, включая и южную Сибирь.

«Эти знаменитые завоеватели, как гласят о них китайские летописи, чаще всего имели волосы светлые и глаза голубые. Эти племена были ознакомлены с древней античной культурой эллинов несторианцами» (227 стр. «La civilisation chinoise moderne»).

Для нас важно установить одно, что в Китае, до сих пор, пребывают остатки неких древних рас, арийского или иранского корня, и что, в смешении с азиатской кровью, они дают удивительные, хотя и редкие, образцы поражающей красоты.

Французский ученый прав, что Шанхай, с его трехмиллионным населением, в этом отношении представляет очень удобное место для изучения бесконечных разновидностей китайской расы, которая впитывала в себя много чуждых кровей, но, обладая замечательной резистентностью, тщательно сберегла основной тип, который может быть с полным правом назван «китайским».

Это все-таки исключительно гомогенная нация. Китайцы северяне выше, мускулистее южан, южане часто весьма стройны, гибки, умом проворнее и ярче интеллектуальными способностями.

Хотя все эти определения весьма условны и касаются лишь больших чисел, ибо, как на севере, так и на юге Китая вас поражает разнообразие типов: юг всегда переселялся на север и север безостановочно вливался в юг.

Только в первый год пребывания в Китае и то у тех европейцев, которые не развивали в себе наблюдательности и не обладают зрительной памятью, создается впечатление, что:

— «Все китайцы на одно лицо».

Кстати сказать, то же самое, как мне говорили некоторые китайцы, ощущают и они, впервые попадая в исключительно европейскую толпу.

Не надо долго жить в Китае, чтобы начать понимать, что у китайцев имеется в наличности то же, буквально бессчетное, разнообразие внешнего типа, как и у европейцев.

С нашей стандартной точки зрения, в наших глазах, толпа китайцев, может быть, и кажется «некрасивой», подобно тому, как китайским глазам кажется «некрасивой» европейская толпа.

Но даже и пристрастный, придирчивый европейский взгляд должен согласиться, что, если вы встречаете в Китае красоту, то это красота совершенства!

Среди сотен и тысяч лиц, которые ничего не говорят европейскому эстетическому восприятию, вдруг проступит лицо таких совершенных линий, такого одухотворения, что вы останавливаетесь пораженным и потрясенным!

И, чаще всего бывает, что в этом экземпляре совершеннейшей восточной красоты, все гармонически слито: рост фигуры, цвет кожи, стройность линий, пропорция частей, форма рук и т. д.

Говоря в очень упрощенных и общих чертах надо отметить, что, исключая нищих и больных, лохмотья и язвы которых ни с чем в мире несравнимы, в массе, китайцы, нация, наделенная природным вкусом, умеющая и любящая украсить себя одеждой.

Мы недооцениваем внешность китайца, не разбираемся в ней до конца.

По свойству человеческой натуры, нам, прежде всего, в поле нашего зрения попадаются в толпе китайских городов, или не в меру толстые купцы или, как контраст, совершенно высохшие, словно мумифицированные старцы, и ветхие старушки, на которую, кажется, дунь и ее унесет ветром.

Разве, живя в Китае, мы не проходим равнодушно среди сотен и даже тысяч девичьих и женских фигур, прекрасно сложенных, очень изящных и весьма грациозных, только потому, что стандарты нашей европейской красоты отличны от стандартов красоты китайской.

О китайской расе. Фото из книги Shanghai Old DaysТочно также мы слабо замечаем, как много среди всех этих бессчетных китайских толп хотя бы среди грузчиков-рабочих в порту, или рикш, или прохожих на улицах, стройных и мускулистых, на редкость физически здоровых, прекрасно развитых фигур.

Несмотря на ужасающие, вопиющие к небу болезни, язвы, выставляемые, в целях заработка, на показ: волчанка, слоновая болезнь, чуть ли не проказа и т. д., в основе своей китайский народ даже на нездоровом юге, где каждое лето организм, роковым образом, перегревается, в подавляющем большинстве случаев удивляет наблюдательный глаз своей физической выносливостью, общим здоровьем, которое не могут сломить потрясающе антигигиенические условия, иногда полуголодного существования.

Лучшим доказательством вышесказанному является способность китайцев привыкать, приспосабливаться к любому климату, жить и работать, буквально, под всеми широтами на земле.

В какой другой стране родятся и трудятся люди, которых, при этом, имеется в Китае миллионы, которые в состоянии поднимать тяжести по три, а то и по четыре пуда, взваливать эту поклажу себе на плечи и тащить, за день, на расстоянии чуть не двадцати миль. И так продолжается неделями, без отдыха.

Чтобы далеко не ходить за примерами, посмотрите как работают в портах китайские бурлаки, вёсельщики и рулевые на джонках, приглядитесь какие тяжести: кирпичи, камни, железо, тащат на одном колесе, «уиль-баро», эти, с виду довольно щуплые, люди.

Попробуйте посостязаться в выносливости с рикшей, который может пробежать, без передышки, несколько верст, все равно в какую погоду, под палящими, смертоносными лучами июльского солнца или в ледяную январскую стужу, против нижущего тело, снежного бурана, едва прикрытый жалкими лохмотьями.

Конечно, и у нас есть свои двужильные люди: Россия вырабатывает поразительные образцы мускульной силы, выносливости и физической неутомимости.

Но, здесь, речь идет о народе, который, неизвестно почему, считается в Европе слабым, болезненным, измученным опиекурением, пороками, изможденным, вообще физически дефективным.

Что в еще большей степени поразительно — это приспособляемость китайцев к любому климату, от полярных районов до тропиков, включая умеренный климат.

В лесах Сибири, на горах северной Маньчжурии, китайцы также акклиматизированы, как и в Сингапуре, на островах Тихого океана, лежащих на самом экваторе, по берегам южных рек, кишащих крокодилами, в долинах Индокитая и Сиама, пораженных желтой лихорадкой, среди зарослей тропического леса или в просторах безводных пустынь средней Азии.

Двести пятьдесят миллионов китайцев живут в долине великой Голубой реки (Ян Цзе-Цзяна), живут там безвыездно, в периоды зимних дождей и под нестерпимыми лучами летнего солнца.

Сорок миллионов, так называемых, «кантонцев» сотнями лет плодятся и множатся в районах, в которых европеец не выдерживает безвыездно и трех лет, причем кантонцы считаются едва ли не самыми предприимчивыми, физически выносливыми, умственно богато одаренными китайцами — это лучшие коммерсанты, выдающиеся политики, храбрые воины и большие поклонники литературы и искусства.

Вопрос о пигменте, конечно, играет свою роль, но даже и учтя, что эти люди, может быть, тысячи лет вырабатывали сопротивляемость крови разрушительному климату, вы, все таки, поражаетесь, как они могут, часами оставаться на солнце, с непокрытой головой, тогда как представитель кавказских рас на экваторе в состоянии работать лишь четыре, пять часов в сутки и не может появиться на улице без пробкового шлема на голове, причем в серый день он еще более становится подвержен солнечному или тепловому удару, чем в день солнечный.

Вот Сингапур, место, находящееся в пределах одного градуса от экватора, местное население — малайцы, очень мало предприимчивы и особенными талантами не отличаются.

Огромные серебряные копи, копи по добыче олова, все обслуживаются здесь пришлыми китайцами.

Китайцы скопили несметные богатства под южными тропическими и субтропическими широтами.

Китайцев вы встретите в огромных количествах на Борнео, в Австралии, в Новой Зеландии, в Новой Гвинее.

В Америке, в больших городах, они располагают собственными кварталами.

Эти океанские и заокеанские колонии китайцев поддерживают тесную связь с родиной, участвуют, при помощи денежных пожертвований и посылкой делегатов, в политических движениях в Китае и являются очень важным фактором в области китайской экономики и китайской политики.

Китайцы едва ли не единственная раса, которая даже на экваторе сохраняет не только физическую выносливость и энергию, но и высокий стандарт умственной, интеллектуальной дееспособности.

А сколько тысяч китайцев жили, работали или служили по всем городам русского Дальнего Востока и в Сибири, в особенности Восточной, до революции.

Живучесть китайцев, при их поражающей даже неопытный глаз плодовитости — лучше всего говорит о расовой стойкости, об основном здоровье этого все еще плохо изученного Европой и Америкой, народа.


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *